воцарения Наполеона Мегги вернулась в Париж, откуда информация переправлялась в Лондон. После битвы под Ватерлоо большинство дипломатов съехались вновь, и Мегги, создавая достоверную легенду, арендовала дом, достаточно роскошный, чтобы его могла иметь графиня. Все эти игры, может, и были забавны и интригующи, но успели измотать ее настолько, что Мегги мечтала вновь стать самой собой.
И Роберт Андерсон тоже успел сыграть не одну роль. Он помог Мегги утвердиться на шпионской стезе, он же переправлял деньги, позволяющие ей жить безбедно и с комфортом, как и положено австрийской графине, оплачивал ее информацию. На нем была и связь, хотя в условиях, когда Наполеон блокировал все континентальные порты, его задача была не из легких. Приходилось искать кружные пути, и часто сведения доставлялись в Лондон через Испанию, Швецию, Голландию и даже через Константинополь.
Роберт много ездил. Мегги догадывалась, что часто особо важные сведения он доставлял в Лондон сам, пересекая пролив в шлюпках контрабандистов. Иногда между их встречами проходили месяцы, и все же примерно треть своего времени Роберт проводил с ней. Его работа была куда опаснее, чем ее, и каждый раз, встречаясь с ним вновь, она благословляла Господа за то, что друг ее остался жив и невредим.
Практически все эти годы они были любовниками, хотя с самого начала их связи Мегги не питала романтических иллюзий относительно природы своего чувства к нему: любви не было, была лишь благодарность и дружба. Однако любовь еще не все в жизни, и Мегги так и плыла по течению, довольствуясь тем душевным теплом и физическим удовлетворением, которое даровала близость. Роберт был для нее и лучшим другом, и единственным доверенным лицом, и даже братом.
И так продолжалось до тех пор, пока в одно прекрасное утро Мегги не проснулась с твердой и непоколебимой уверенностью, что одной дружбы мало и пора положить конец их интимным отношениям. Мегги была многим обязана Роберту и настолько к нему привязана, что чертовски трудно было