Роберт горько усмехнулся.
— Конечно, был. Но если вы хоть чуть-чуть знаете Мегги, то должны понимать, что заставлять ее бесполезно. Да, мы больше не делим постель, но в остальном наша дружба осталась прежней, а это дорогого стоит. Для физической близости отыскать женщину нетрудно, но Мегги — только одна. До прошлого года, пока она не стала играть роль графини Янош, мы жили вместе. С того момента, когда я начал работать в британской делегации, мы стали просто знакомыми.
Но Рейф жаждал большей определенности.
— И все же, если бы вы точно знали, что вам откажут, не планировали бы предлагать руку и сердце вторично.
Роберт ответил не сразу:
— Я имел несчастье смотреть на вещи слишком оптимистично. Как-то Мегги сказала, что после войны хотела бы вернуться в Англию, поселиться в каком-нибудь тихом графстве. Я решил подождать месяца три, а потом приехать. Тогда мне казалось, что она выйдет за меня, просто спасаясь от скуки.
; Роберт опустил глаза и нервным жестом поправил повязку.
— Я могу и хочу работать. Я богат, Мегги красива, мы самые лучшие друзья — многие супруги сочли бы за счастье иметь все это. Но обстоятельства изменились, и я больше не думаю, что она примет мое предложение.
Настало время расставить точки над i.
— Вы любите ее? — прямо спросил Рейф. Роберт молчал. Темный силуэт на фоне окна казался тенью.
— Люблю? Я не знаю, что это такое. Возможно, мне не хватает темперамента для таких великих страстей. Вероятно, я не люблю Мегги в том смысле, который вкладывает в это слово она.
Он замолчал и чуть погодя добавил почти для себя:
— Для нее я готов пройти сквозь огонь, но это, наверное, что-то другое.
Рейф, раздираемый противоречивыми чувствами, подошел к Роберту вплотную, чтобы увидеть его лицо.
— Зачем вы рассказали мне это? — тихо спросил он.
— Думаю, Мегги вас любит. Я знал, что она любила кого-то еще до нашей встречи, теперь понял, что она не переставала любить вас. Даже если и нет гарантий, что Мегги забудет прошлое и выйдет за вас замуж, вы могли