и зажить самостоятельной жизнью.
Синди выпрямилась и промокнула глаза платком.
— Когда вы так говорите, мне кажется, что все не так уж и сложно. Да, я хочу уйти, но трудности будут. Оливер пострадает как морально, так и материально, поскольку тогда он лишится финансовой поддержки моего отца. Приданое мое большей частью растрачено, но папа продолжает посылать деньги, которые я расходую на хозяйство. Я уйду, и приток денег прекратится. С учетом того, сколько Оливер проигрывает в карты, едва ли он сможет позволить себе ту жизнь, которую ведет сейчас. — Синди нервно накрутила на палец выбившийся локон. — Хотя, может быть, и сможет. У него нюх на деньги.
И тут в голове у Мегги зазвонил колокольчик. Итак, Нортвуд — азартный игрок с неизвестным источником дохода. Все свои усилия они сосредоточили на поиске главаря заговорщиков в силу срочности задания, но вопрос о шпионе в британском посольстве остался открытым. Если такой человек действительно существует, загадочный Ле Серпент может пользоваться его услугами. Неприязнь к Оливеру была настолько велика, что Мегги от всей души желала, чтобы предателем оказался именно Нортвуд, а если он еще и контактирует с заговорщиками.
Стараясь не выдать своего возбуждения, Мегги сказала:
— Ваш муж может жить на жалованье, которое получает в министерстве иностранных дел.
— Едва ли проживешь на две сотни фунтов в год, — пожала плечами Синди. — Может быть, он стал более удачлив в картах. Раньше его игра проницательностью не отличалась. Если бы он не проигрывал, никто не сел бы с ним играть.
— Как вы думаете, ваш муж мог быть вовлечен в какое-нибудь темное дело?
— Что вы имеете в виду?
С самым невинным видом Мегги пояснила:
— Это просто предположение Если у Нортвуда за душой какая-нибудь тайна, которую он предпочитает не раскрывать, вы могли бы, шантажируя его, заставить отпустить вас, не навлекая ни на кого беды Думаю, вы пришли ко мне затем, чтобы получить кое-какие советы, не так ли, зная, что мы, европейцы, не столь помешаны на вашей