слуги поставили всю еду на стол и собрались удалиться, Никлас сказал:
— Уильямс, насколько я знаю, вы внесли большой вклад в преображение гостиной. Отличная работа.
Дворецкий порозовел от удовольствия и бросил благодарный взгляд на Клер.
— Спасибо, милорд. Этот труд доставил мне истинное наслаждение.
— Опять жареная молодая баранина, — разрезая мясо, заметил Никлас. — Но на сей раз она приготовлена так, как надо. С румяной корочкой, а на гарнир — рябиновое желе, не так ли?
— Совершенно верно. Это одно из фирменных блюд миссис Хауэлл.
Жареная картошка была горячей и хрустящей, спаржа — нежной, зажаренная в небольшом количестве жира форель легко отделялась от костей. Клер уже несколько месяцев не пробовала ничего вкуснее. Никлас ел с явным наслаждением.
Отведав всех блюд во второй раз, он с блаженным вздохом отодвинул тарелку.
— Клер, удвойте жалованье миссис Хауэлл. Девушка чуть не выронила вилку.
— Но вы же не знаете, сколько она получает!
— Сколько бы ни получала миссис Хауэлл, она заслуживает большего.
— Как вам будет угодно, милорд. — Клер улыбнулась. — Вчерашняя незадачливая кухарка, Глэдис, назначена главной горничной. Уборка и чистка удаются ей куда лучше, чем стряпня.
Он усмехнулся, налил себе еще вина и начал говорить о том, что успел сделать в Суонси. Когда он закончил. Клер рассказала обо всем, что было сделано за день в доме, а потом сообщила о спуске в шахту, запланированном на следующий день. Беседа получалась какой-то на удивление семейной, домашней.
В то время как Клер и Никлас обсуждали дальнейшие планы, слуги молча убрали тарелки и принесли горячий кофе. Клер удивилась, когда часы пробили десять. Почувствовав внезапную усталость, она встала.
— У меня был трудный день. Я иду спать. Он тихо произнес:
— Идите сюда.
Усталость у Клер моментально прошла, и она вся подобралась в настороженном ожидании. Помня о том, что произошло, девушка была почти уверена, что сегодня он не станет ее целовать.
Никлас отодвинулся от стола, однако не встал.