вам и хотелось создать такой уголок, где ваш наряд не нарушал бы цветовую гамму?
Он улыбнулся:
— Нет. Просто зебры нравятся мне почти так же сильно, как пингвины. Зебры — это африканские животные, которые выглядят точь-в-точь как пони, покрытые черными и белыми полосами. Они мчатся по саванне, держась так тесно, что между ними остается всего лишь несколько дюймов — совсем как атакующая кавалерия или дрессированные кони в цирке Эстди.
Заинтригованная, Клер попыталась представить себе эту картину.
— Судя по вашему описанию, они весьма интересны. Почему же вы передумали и не привезли их с собой?
— Зебры привыкли к жаркому солнцу Африки и ее бескрайним равнинам. Я боялся, что во влажном, дождливом климате Уэльса они зачахнут и умрут. Кстати, павлинам тоже не по душе здешняя погода, но моей вины тут нет, поскольку не я привез их сюда из Индии.
— Абсолютно все жалуются на валлийскую погоду. Это главный источник нашей национальной самобытности. Граф усмехнулся:
— Что верно, то верно. Но честное слово, пока меня тут не было, мне недоставало родного климата, когда ясные дни непрестанно сменяются хмурыми или дождливыми, что куда интереснее, чем бесконечные недели безоблачного неба и яркого солнца.
Еще несколько пингвинов нырнули в озеро.
— Лучше всего наблюдать за ними, когда они плавают под водой, возле самой поверхности, — сказал Никлас. — Это похоже на своего рода подводный балет. Они играют друг с другом, совсем как выдры. — На его лице вдруг промелькнуло лукавое выражение. — Сегодня тепло — самый что ни на есть подходящий день для купания. — Отойдя шагов на двенадцать по галечному пляжу, он скинул с себя сюртук, жилет и начал развязывать галстук.
Клер вмиг и думать забыла о пингвинах.
— Что вы делаете?! Не можете же вы просто так взять раздеться и прыгнуть в озеро?!
— Еще как могу! — Он бросил снятый галстук на остальную одежду. — Будь вы настоящей любовницей, вы бы тоже разделись. Правда, в этом случае мы с вами, вероятно, вряд ли дошли бы до воды.
—