– не задумываясь ответил Кензи.
Она задохнулась.
– Я не могу играть Сару. Я режиссер… у меня хватает работы…
– Многие режиссеры, снимая свои фильмы, сами играют в них. Не вижу причин, почему бы тебе не сделать то же самое.
– В большинстве случаев это мужчины, – с пылом возражала Рейн. – Что касается женщин-режиссеров, не припомню ни одного случая. К тому же я не англичанка и стара для этой роли.
Маркус, прищурившись, изучал ее.
– А знаешь, Кензи прав. При правильном освещении возраст не проблема, и у тебя замечательный английский акцент. Когда я прочитал сценарий, то подумал, что ты собираешься играть Сару. Это потрясающая роль, и ты с ней справишься не хуже Джейн Стакпол.
Казалось, этому дню не будет конца… Необходимость противостоять двум мужчинам, убеждавшим ее сделать то, что она не хотела, окончательно вывела ее из равновесия,
– Нет! – воскликнула Рейн, едва сдерживая желание запустить в них кофейной чашкой, и резко добавила: – Я не собираюсь играть эту юную простушку, да к тому же еще и девственницу!
Все удивленно умолкли, пораженные несвойственной ей вспышкой. Кензи отошел от стены и пересек комнату.
– Тебе нужно отдохнуть.
Она не успела и глазом моргнуть, как он отцепил от ее пояса мобильный телефон, бросил его Вэл и, крепко взяв Рейн за плечи, повел ее к двери. Она изо всех сил пыталась высвободиться.
– Черт побери, Кен, ты соображаешь, что делаешь?
– Похищаю тебя, – спокойно бросил он. – Пока ты не лопнула от возмущения.
– Маркус, прекратите смеяться! – Рейн яростно вырывалась, но Кензи крепко держал ее. – Хоть вы скажите ему, чтобы он прекратил!
Продюсер старался выглядеть серьезным.
– Тебе нужна передышка, детка. Несколько часов отдыха как раз то, что надо.
Вэл, которую эта ситуация не особенно забавляла, подвинула к себе телефон.
– Вызвать охрану?
– Да! – Но Рейн тут же представила, какой это вызовет переполох. Охранники станут просить у Кензи автограф и от души посмеются над тем, как он управляется с беззащитной женщиной. – Нет!
Не