глядя на Кензи. – Не знаете, почему я рассказываю вам все это?
– Некоторые вещи легче рассказать незнакомцу, чем другу.
– Это правда, к тому же вы хороший слушатель.
– Умение слушать – важная часть моей работы. Хороший актер должен уметь выслушивать партнера. Хотя Кензи сочувствовал незавидному положению старого фермера, он отметил достоинство, которое тот сохранил, несмотря на обстоятельства.
Он сбавил газ, они медленно ехали через долину по разбитой дороге. Когда они остановились около кирпичного дома, полная женщина с белыми, как снег, волосами и загорелым лицом вышла поздороваться с ними, за нею следовала собака, по виду напоминавшая колли.
– Слава Богу, ты вернулся, Джим. Всегда боюсь, когда Диабло возвращается один. – Она не могла скрыть дрожи в голосе.
Грейди вылез из машины.
– К счастью, мистер Скотт оказался поблизости, когда Диабло и я разминулись. Мистер Скотт, моя жена Альма и пес Хэмбони.
Завидев хозяина, Хэмбони рванулся вперед, высунув язык, а Альма, прищурив глаза, внимательно разглядывала Кензи. Она, видимо, догадывалась, что где-то видела этого мужчину, но никак не могла припомнить, где именно.
– Добро пожаловать в наш дом, мистер Скотт.
– Это единственное, что мне оставалось сделать, когда мой автомобиль испугал Диабло.
В ее чертах ощущалась смесь индейских и испанских кровей. Как и дом, она, несомненно, была плотью и кровью этой земли.
– У вас замечательный дом, миссис Грейди, – похвалил Скотт. – Его следует поместить на обложку путеводителя по Нью-Мексико.
Она улыбнулась:
– Вы рассуждаете как турист. Дом, может, и стоит того, чтобы украсить обложку, но для меня это разрушающееся старое здание, где все время надо что-то ремонтировать. Я поменяла бы его на новенький трейлер с современными удобствами.
Понимая, что она уговаривает себя, готовясь оставить старый дом, с которым столько связано, Скотт с жаром воскликнул:
– Пожалуйста, не разрушайте мои иллюзии. Как всем туристам, мне приятно думать, что сейчас и потом я найду здесь