которые живут в океане, как тюлени, и на земле – как таинственные, опасно привлекательные мужчины. Легенда могла объяснить многое. Недаром ей иногда казалось, что она и Кензи – словно пришельцы с разных планет.
Но если бы они вместе купили этот дом и вошли в него на равных правах, что изменилось бы? Скорее всего ничего. Надо отдать ему должное, Кензи всегда поощрял ее желание что-то переделать в доме, чтобы она не чувствовала себя здесь как в гостях. Они с удовольствием меняли мебель, ковры и…
Господи, когда наконец она перестанет думать о них как о семейной паре? Она напомнила себе, что прошло всего несколько месяцев с тех пор, как их семья распалась, так что подобные мысли вполне объяснимы, и направилась в спальню. С каждым шагом се сердце стучало все сильнее. Она попробовала завести разговор с Сетом Коуэном и через него контактировать с Кензи, но он был против того, чтобы Кен взялся за эту работу. И тогда она решила встретиться с ним с глазу на глаз. Если хочешь добиться желаемого, то стоит рискнуть.
Стук в дверь спальни не возымел никакого эффекта. Преодолевая волнение, она приоткрыла дверь.
Слава Всевышнему, Кензи был один. Зная, что поклонницы не оставляют его в покос, она не удивилась бы, если бы какая-нибудь начинающая актриса или студентка театрального колледжа лежала сейчас в его постели. О, она бы даже не имела права выразить неудовольствие по этому поводу. Прошло несколько месяцев с тех пор, как она подала на развод, бумаги двигались своим чередом, проходя разные инстанции. И ничего странного, если бы у кого-то из них появилась новая пассия.
Она вошла в спальню. Высокие каблучки отстукивали дробь по испанской плитке, словно кастаньеты. Кензи открыл глаза. Несмотря на удивление и беспокойство, промелькнувшие в их зеленой глубине, ни один мускул не дрогнул на его лице. Он продолжал лежать с достоинством потревоженного льва.
– Доброе утро, Рейни.
Боже, подумала она, до чего же цивилизованно! Сохраняя дистанцию, она поспешила извиниться:
– Прости,