Кажется, всего лишь за два дня до того, как прибыла освободительная армия? – спросил Кензи. – Один из прославленных военных мучеников Виктории, хотя, мне помнится, один офицер, знавший Гордона лично, говорил, что он не стоил тех верблюдов, которые погибли при попытке освобождения.
– Не перестаю удивляться твоей поразительной памяти. В романс Шербурна упоминается Богом забытое, уединенное место, и этот каньон отвечает всем требованиям. – Она жестом указала на пустынный пейзаж. – Кроме того, мне нужна дюжина отличных всадников, которые участвуют в схватке между патрульным отрядом Рандалла и повстанцами, и проще нанять их где-то здесь. Так как все они носят повязки, скрывающие лица, нам не нужны настоящие арабы, вполне достаточно, чтобы это были люди, способные сидеть на лошади так, словно родились в седле.
– Ты умеешь считать деньги. То, что я видел вчера, – первоклассно. Напряженное, захватывающее зрелище. Когда все это смонтируют, у зрителя возникнет ощущение, что он находится посреди схватки. – Скотт улыбнулся: – Мой дублер отлично справился с задачей и храбро сражался, хотя и потерпел поражение.
– В этой сцене Джон Рандалл проявил невероятную храбрость. – Она изучала показания экспонометра. – Светает, еще немного – и пора. Приготовься, Кензи. Надеюсь, ты не упадешь с лошади? Скорее всего у нас не будет возможности снять еще один дубль.
– Попытаюсь удержаться в седле. – Он протянул чашку Джошу и вскочил на лошадь. – Не волнуйся, Рейни. Мы вчера репетировали эту сцену шесть раз. Все будет хорошо.
– Твоими устами бы мед пить, – улыбнулась она. Забравшись в свой джип, она направилась на другую сторону холма, туда, где расположились операторы.
Пока Кензи ждал сигнала начать движение, он постепенно входил в роль. Это был уже не он, а Джон Рандалл – сильный, целеустремленный и высокомерный офицер огромной империи, где никогда не заходило солнце. Он и его патруль двинутся на запад через холм, выделяясь силуэтами на фоне восхода. Хотя его люди были в одежде цвета хаки,