на лице влагу, но это были не ее слезы.
Если ей случалось раньше думать о том, что мужчина ударил женщину, то она всегда считала такое непростительным. А теперь, когда это произошло с ней, Кейт обнаружила, что жизнь гораздо сложнее всяких теорий. Ее муж не был идеальным. И она тоже.
Джулия не раз говорила, что способность прощать – главная составляющая любви, а все знали, как Кейт любит своего мужа.
– Все в порядке, Патрик, – прошептала она, когда ее бедра начали ритмично двигаться под его бедрами. – Теперь все в порядке.
– О Боже, Кейт. – Его тело содрогнулось, и он сжал ее в сокрушительном объятии, хрипло повторяя: – Я люблю тебя, люблю тебя, люблю…
Измученные, они заснули, обнимая друг друга.

Но не все было в порядке. Намного позже она поняла, как сильно изменились их отношения в ту ночь. Любовь еще была сильной и всеобъемлющей, но к ней добавилась легкая тень осмотрительности. Кейт обращалась с мужем осторожно, изо всех сил избегая всего, что могло бы заставить его вспылить. Было потеряно немного искренности. Чуть-чуть доверия.
Они ступили на дорогу, ведущую к разрыву, и еще не знали об этом.

Глава 12

Итак, Кейт дома… Ночью Донован лежал в постели и смотрел в темноту, а ледяной ветер стучал голыми ветками в окно. Напрасно он считал себя готовым к тому, чтобы снова жить под одной крышей с бывшей женой. Как глупо было не предусмотреть, какой невыносимой может оказаться реальность! С того момента как Кейт вошла на кухню, у него возникло непреодолимое желание усадить ее на колени и обнимать, пока она не согреется и не сбросит напряжение.
Конечно, если бы он к ней прикоснулся, она бы сразу ушла, может, даже после того, как попробовала о его голову крепость какой-нибудь сковородки. Но по крайней мере Кейт приняла его заботу. Явное доказательство того, что она здорово измотана.
Может, она печалится, потому что вынуждена была оставить своего дружка в Сан-Франциско? Донован задумался было о том, каков из себя этот ублюдок, но тут же оборвал эти мысли.