и ему невыносима была одна только мысль об угрожающей ей опасности. Но Донован вовремя сдержался.
– Было бы легче нанять на эту работу кого-нибудь абсолютно незнакомого. Помнишь мою маленькую кузину Лиззи? Внучку Конни и Фрэнка?
– Конечно. Как она? Я не видела ее со времени первого причастия. Такая славная была девчушка.
– Сейчас она на два дюйма выше тебя, первая ученица в классе и отвечает, только если к ней обращаются по имени Мелисса. Она собирается изучать тот же курс в колледже Лойолы, что изучал я, а потом работать в «Фениксе», чтобы взрывать все подряд.
Кейт рассмеялась.
– Придется тебе победить свой страх, и чем скорее, тем лучше. В конце концов ты на целое поколение моложе Сэма. И в состоянии признать равенство мужчины и женщины.
– Теоретически да, но на практике все гораздо сложнее.
Донован вспомнил, как в первое лето их совместной жизни кто-то организовал игру в софтбол. Он подавал мяч, а Кейт прекрасно защищала участок поля возле ворот. Она как раз поймала мяч и готовилась послать его в аут, когда нападающий, огромный парень по имени Денни, увлекшись игрой, не задумываясь врезался в нее со всей силы, пытаясь выбить мяч из ее перчатки. Кейт отшвырнуло на несколько футов, и она упала без чувств.
Когда Донован увидел ее лежащей на земле, он обезумел. Он кинулся к ней, крича:
– Кейт! Кейт!!!
Ей удалось, с трудом вдохнув воздух, сесть и убедить всех, что ничего серьезного не произошло. Страх отпустил его, и Донован, развернувшись, нанес Денни такой удар, что чуть не сломал тому челюсть.
Он уже заносил руку для второго удара, когда Кейт и двое других игроков оттащили его от съежившегося Денни.
Донована тогда потрясла собственная реакция. В тот день он понял, насколько мощной, первобытной является человеческая потребность защитить свою «половину». Желание оберегать любимых такое же неуловимо-опасное, как нитроглицерин. А теперь Кейт захотела взрывать дома…
– Решение принимать тебе, Донован, – заключила Кейт. – Если нам придется жить под одной