людей – жильцы «Конкорда». Только два из пяти домов массива были расселены. В остальных еще жили люди, которые пока не нашли новых квартир и получили уведомления, что должны выехать в течение месяца.
Донован сочувствовал им, но то, что они устроили митинг прямо перед офисом, было ужасно неприятно. Не такой рекламы он хотел для «Феникса».
Коренастый мужчина в армейской куртке, которая, как подумал Донован, видывала виды, прокричал прямо в лицо Доновану:
– Вы, ублюдки, выгоняете мою мать из дому!
– Решение снести «Конкорд» было принято городскими властями, а не нами. Я слышал, жильцы этого массива будут первыми в списках будущих хозяев квартир, которые намечено построить.
– Кому от этого легче?!
Их снимали. Донован покачивался на пятках, понимая, что главе «Феникса» не стоит ввязываться в драку. Но если этот парень нанесет удар первым…
Кейт встала между мужчинами.
– Ужасно, что людей выселяют, но новый городской округ будет более безопасным и красивым.
– Если его когда-нибудь построят! – продолжал возмущаться демонстрант. – А пока что моя мать теряет квартиру, в которой прожила тридцать лет, и своих друзей. Мы с братьями все выросли здесь.
– Это тяжело. Жилищная проблема – одна из самых важных, с которыми сегодня сталкивается Америка.
Кейт пустилась в пространные рассуждения о градостроительной политике. Телевизионщики прибыли не затем, чтобы узнать обо всех тонкостях жилищного вопроса. Поскольку снять потасовку не удалось, они сложили камеры и уехали.
Демонстрация начала разваливаться, и тут к Доновану и Кейт рысцой подбежал пожилой хиппи с седеющей бородкой и конским хвостом.
– Я должен был догадаться, что за всем этим стоишь ты, Стив, – сказал Донован.
– Прекрасная возможность для съемок, не правда ли? Демонстрацию в центре города не показали бы в вечерних новостях. Но это несчастные люди, теряющие жилье и от отчаяния решившиеся занять оборону на бархатно-зеленых холмах пригорода Балтимора, – вот это стоило снять!
– Оставь нас в покое, – сказал Донован.
–