Затворник? Я таким и должен быть, чтобы писать.
– Как же ты вообще что-то узнаёшь о людях, если не встречаешься с ними?
– Я уже всё про них знаю.
– Даже когда мы выходим поесть в ресторан, ты сидишь, опустив голову, ты ни на кого не смотришь.
– К чему тошноту вызывать?
– Я наблюдаю за людьми, – сказала она. – Я их изучаю.
– Дерьмо собачье!
– Да ты боишься людей!
– Я их ненавижу.
– Как же ты можешь быть писателем? Ты не наблюдаешь !
– Ладно, я не смотрю на людей, но на квартплату зарабатываю письмом. Это круче, чем баранов пасти.
– Тебя надолго не хватит. У тебя никогда ничего не выйдет. Ты всё делаешь не так.
– Именно поэтому у меня всё получается.
– Получается ? Да кто, к чертовой матери, знает, кто ты такой? Ты знаменит как Мейлер ? Как Капоте ?
– Они писать не умеют.
– Зато ты умеешь! Только ты, Чинаски, умеешь писать!
– Да, так я себя ощущаю.
– Ты знаменит? Если бы ты приехал в Нью-Йорк, тебя бы кто-нибудь узнал?
– Послушай, мне на это наплевать. Я просто хочу писать себе дальше. Мне не нужны фанфары.
– Да ты не откажешься от всех фанфар, что только могут быть.
– Возможно.
– Тебе нравится делать вид, что ты уже знаменит.
– Я всегда так себя вел, даже еще не начав писать.
– Ты самый неизвестный знаменитый человек, которого я видела.
– У меня просто нет амбиций.
– Есть, но ты ленив. Ты хочешь всего и на шару. Когда вообще ты пишешь? Когда ты это делаешь? Ты вечно или в постели валяешься, или пьяный, или на ипподроме.
– Не знаю. Это не важно.
– А что тогда важно?
– Тебе виднее, – сказал я.
– Ну, так я тебе скажу, что важно! – заявила Лидия. – У нас уже очень давно не было вечеринки. Я уже очень долго никаких людей не видела! Мне НРАВЯТСЯ люди! Мои сестры ОБОЖАЮТ вечеринки. Они тыщу миль готовы проехать ради вечеринки! Вот так нас вырастили в Юте! В вечеринках ничего зазорного нет.
Просто люди РАССЛАБЛЯЮТСЯ и хорошо проводят время! Только у тебя в голове эта чокнутая идея засела. Ты думаешь, веселье непременно ведет к ебле ! Господи