улочку. Я спустился и пошел по ней. Было очень темно. Я заглядывал в окна некоторых домов. Очевидно, я попал в черный район. Впереди, на перекрестке, виднелись какие-то огни. Там стоял киоск с «горячими собаками». Я подошел поближе. За прилавком стоял черный мужик. Вокруг никого больше не было. Я заказал кофе.
– Проклятые бабы, – сказал я ему. – Разумом их не понять. Моя девчонка ссадила меня на трассе. Выпить хочешь?
– Конечно, – ответил тот.
Он хорошенько глотнул и передал обратно бутылку.
– У тебя телефон есть? – спросил я. – Я заплачу.
– Звонок местный?
– Да.
– Бесплатно.
Он вытащил из-под прилавка телефон и протянул мне. Я выпил и передал ему бутылку. Он взял.
Я позвонил в компанию «Желтый Кэб», дал им адрес. У моего друга было доброе и интеллигентное лицо. Иногда и посреди преисподней можно найти доброту. Мы так и передавали бутылку по кругу, пока я ждал такси.
Когда такси пришло, я сел назад и дал таксисту адрес Николь.


23

После этого я вырубился. Наверное, потребил виски больше, чем думал. Я не помню, как приехал к Николь. Проснулся утром, повернутый спиной к кому-то в чужой кровати. Я посмотрел на стену у себя перед носом и увидел на ней большую декоративную букву. Буква гласила «Н». «Н» означало «Николь». Мне было херово. Я сходил в ванную. Взял зубную щетку Николь, чуть не подавился. Умыл лицо, причесался, посрал и поссал, вымыл руки и выпил много воды из-под крана над ванной. Потом вернулся в постель. Николь встала, привела себя в порядок, вернулась. Легла ко мне лицом. Мы начали целоваться и гладить друг друга.
Я невинен по-своему, Лидия, подумал я. Я верен тебе по-своему.
Никакого орального секса. Желудок слишком расстроен. Я взгромоздился на бывшую жену знаменитого врача. На культурную путешественницу по разным странам. У нее в шкафу стояли сестры Бронт. Нам обоим нравилась Карсон МакКаллерс. «Сердце – Одинокий Охотник». Я всунул ей 3 или 4 раза особенно мерзкими рывками, и она охнула. Теперь она знала писателя не понаслышке.