лестнице и снова спустилась с бутылкой дорогого красного вина. Открыла ее и извлекла несколько бокалов из бара-тайника.
Как бы мне хотелось залечь с нею в постель, подумал я. Но ни фига не выйдет.
Однако, кто-то же залегает с нею в постель регулярно.
Мы сидели и потягивали вино.
– Мы дадим вам знать по поводу статьи очень скоро. Я уверена, что мы ее примем… Но вы совсем не такой, каким я ожидала вас увидеть…
– Что вы имеете в виду?
– У вас такой мягкий голос. Вы кажетесь таким милым.
Лидия расхохоталась. Мы допили вино и ушли. Когда мы шли к машине, я услышал оклик:
– Хэнк!
Я обернулся – там в новом «мерседесе» сидела Ди Ди Бронсон. Я подошел.
– Ну, как оно, Ди Ди?
– Недурно. Бросила «Кэпитол Рекордз». Теперь вон той вот конторой заправляю.
Она махнула рукой. Еще одна музыкальная компания, довольно известная, со штаб-квартирой в Лондоне. Ди Ди раньше частенько заскакивала ко мне со своим дружком, когда у него и у меня было по колонке в одной подпольной лос-анжелесской газетке.
– Боже, да у тебя тогда все нормально, вроде, – сказал я.
– Да, только…
– Только что?
– Только мне нужен мужик. Хороший мужик.
– Ну, так дай мне свой номер, и я погляжу, смогу ли найти тебе такого.
– Ладно.
Ди Ди записала номер на полоске бумаги, и я сложил ее себе в бумажник. Мы с Лидией подошли к моему старенькому «фольку» и залезли внутрь.
– Ты собираешься ей позвонить, – сказала она. – Ты собираешься позвонить по этому номеру.
Я завел машину и выехал на Бульвар Голливуд.
– Ты собрался звонить по этому номеру, – продолжала она. – Я просто знаю, что ты позвонишь по этому номеру!
– Хватить гундеть! – сказал я.
Похоже было, что впереди еще одна плохая ночь.


14

Мы снова поссорились. Я вернулся к себе, но мне не хотелось сидеть в одиночестве и пить. В тот вечер проходил заезд упряжек. Я взял с собой пинту и поехал на бега. Прибыл рано, поэтому успел прикинуть все свои цифры. К тому времени, как кончился первый заезд, пинта была, к моему удивлению, более чем наполовину